цирк

Когда дети смотрят цирковые представления, у них возникают, наверно, две мысли. Либо: «Это волшебники, а я так никогда не научусь, да и не хочу!», либо: «Чем я хуже? Это легко, я так тоже смогу!». Те, кому приходит в голову вторая мысль, рано или поздно попадают в детский образцовый цирк «Улыбка», который существует уже в течение 45 лет в Харьковском областном дворце детского и юношеского творчества.

Создатель и руководитель самодеятельного цирка Савелий Вертейм ушел со сцены практически в расцвете карьеры и стал учить артистов — с такого возраста, когда в цирковое училище еще не берут, а выступать уже хочется. Сейчас в самодеятельном цирке «Улыбка» около 30 детей, в среднем 11—12 лет. Занятия индивидуальные и разделены по жанрам — цирк расположен в двух просторных комнатах, одна из которых завалена реквизитом. Этого мало, чтобы репетировать такие номера, как «воздушный полет» и тем более работу с животными. Поэтому жанры ограничены: жонглирование, акробатика, эквилибристика на проволоке, на лестнице, на катушках, фокусы, клоунада, пантомима, антипод (жонглирование ногами).

в те­му:
— Скажите, в чем вы храните свои сбережения?
— В мечтах.

В свой цирк Вертейм принимает всех. Потому что уверен — в каждом ребенке есть талант, нужно только разглядеть — какой именно.

И любит вспоминать, что великого Никулина сперва не взяли в цирковое училище, но потом он попал в школу клоуна Карандаша, потом снялся в кино, и только тогда все поняли, что перед ними — талант. У Савелия Моисеевича за время существования цирка было несколько подтверждений его теории: однажды он вопреки мнению коллег, взял в свою самодеятельную труппу неуклюжую полную девочку и придумал для нее и других детей акробатический номер «Веселые поварята», в который девочка очень органично вписалась. Нерадивых, но способных учеников, у которых опускаются руки после первых неудач, учитель уговаривает так: «Ты же хочешь выступать?» Почти всегда слышит в ответ хнычущее: «Да…» И объясняет: если хочешь, нужно учиться, это только кажется, что все очень легко.
В огромной комнате, заполненной цирковым реквизитом — еще и чемоданы грамот, дипломов и благодарностей. Но самый необычный и самый дорогой сердцу — международный детский орден Польши «Улыбка». Среди кавалеров этого ордена такие люди, как Сергей Образцов, Сергей Михалков и Чингиз Айтматов. В Украине такой награды удостоен только Савелий Вертейм. Во время вручения коллеги шутили: «Ты второй после Горбачева!» При вручении ордена «Улыбка» существовала концептуальная традиция — нужно было выпить стакан лимонного сока и улыбнуться. Это было символом того, что цирковой артист должен улыбаться при любых условиях и всегда дарить зрителям только позитив. Савелий Вертейм с это задачей справился — и во время вручения ордена, и по жизни.
Среди кипы фотографий разных лет в архивах Вертейма есть и снимки с Никулиным, Куклачовым и другими знаменитыми артистами цирка. Никулин приезжал в Харьков специально на выступления цирка Вертейма, так и говорил: «Если бы не ты, я бы не приехал». При Союзе такое явление, как самодеятельный цирк, было в диковинку. Фактически, Вертейм стал первым в этом деле. Когда ушел со сцены и сосредоточился на воспитании учеников, то не раз слышал упреки оставшихся «действующих» коллег: мол, зачем ты нам конкурентов воспитываешь? Вспоминает, как приехала съемочная группа из Москвы, снимали материал несколько дней, все подробно расспрашивали. Савелий Моисеевич удивлялся такому интересу и уже прощаясь, тоже спросил: «Неужели в Москве нет такого цирка?» Журналисты ответили ему, почти как Никулин: «Если бы он был, мы бы к вам не приехали».
За всю жизнь Савелию Мо­исе­евичу пришлось выступать в самых экстремальных условиях. Например, он никогда не забудет выступление цирка в 1941 году на Балашовском вокзале — их цирковая труппа провожала на фронт наших бойцов. Тогда он, одиннадцатилетний мальчишка в черкесском костюме, показывал номер с велосипедом. Началась бомбежка, велосипед раскурочило снарядом, а сам Вертейм до сих пор имеет на лбу небольшой шрам — как вечную память о том страшном времени.
Ученики нечасто навещают Савелия Моисеевича — многие стали профессиональными артистами, работают в Москве и в далеком зарубежье и на родине почти не бывают. Да и экстрим в работе сейчас немного другой, более циничный, в духе времени: совсем недавно Вертейма, как и прочих обитателей «Дворца пионеров», потрясла новость о возможной расправе над помещением. Здание, если кто помнит, хотели сносить, строить на его месте что-то более современное и нужное (в понимании властей), а все кружки и секции переселять в новое здание, но где оно будет построено и когда — не уточнялось. Позже Дворец, как вспоминает Вертейм, удалось отстоять благодаря губернатору, но все равно нет никаких гарантий, что от помещения окончательно убрали руки. Но больше Савелий Моисеевич сетует не на рабочие условия, а на собственный быт — он до сих пор живет в коммунальной квартире, не имея ни финансовой, ни технической возможности переезда. И уверен, что к властям за помощью обращаться бессмысленно…

Оксана Скорупко, для «Пятницы»