7.jpgХоть убейте, а воспринимать Харьков отдельно от Украины я не могу. И Киев – не могу.
А Киев отдельно от Харькова – тем более. Хотя бы потому, что вся страна смотрит одни и те же всеукраинские телеканалы. Потому после киевских перевыборов рискну предположить, что именно в Харькове будет происходить точно так же, а что будет кардинально по-другому,
и вообще будет ли что-нибудь…

Сейчас расскажу, откуда такое неуверенное «фифти-фифти». Шансы уравнивает объективная реальность. В ней, в реальности, политтехнологические конструкции, основанные на том, что мы очень редко ездим друг к другу в гости, часто рассыпаются под давлением текущих условий в отдельно взятом населенном пункте. На местах все немного по-другому, объективно, и на это наталкиваются уже после того, как сочинят абстрактную стратегию и прокатают ее по всеукраинскому телевидению. То есть, как ты ни рассказывай в Киеве, какой, например, в Мукачево замечательный мэр, а в Мукачево в конечном итоге лучше знают, замечательный он или так себе.
Такой промах от незнания реального положения вещей возможен, когда речь идет о Мукачево. Но в случае с киевскими перевыборами механизм непонятен. Все участники избирательного процесса вроде бы и избирательную кампанию, и несколько предыдущих лет жизни провели в том населенном пункте, в котором и проводилась эта кампания. И знакомы с субъективными нюансами как никто. То есть не так, как были бы знакомы, допустим, российские политтехнологи. И как после этого можно было облажаться поболе, чем российские политтехнологи?

— Здравствуйте, дорогие телезрители, в эфире телепередача «Зов джунглей»... Итак, приветствуем наших участников. Привет, крокодил!
— Я не крокодил — я панда..
— Нет, мальчик, ты крокодил...

В принципе, кто-кто, а киевские журналисты должны радоваться такому исходу событий. Все-таки Леонид Черновецкий — не только Бэтмэн для дарницких пенсионерок, но и уникальный типаж для прессы. Это, понятное дело, не касается муниципальных столичных СМИ, которые он иногда любит ткнуть мордочкой в лужу. Хотя недавнее весьма откровенное поздравление Олеся Довгого с днем рождения в официальном печатном органе Киеврады — это хоть по сути и была обычная рассеянность редколлегии, но в итоге больше смахивает на проявление невиданного либерализма. По крайней мере, я не слышала, чтобы за этот инцидент в киевской редакции кого-то повесили. В общем, теперь и у меня есть надежда на то, что я все-таки побываю однажды на пресс-конференции Черновецкого, а то во времена его первого срока у меня с этим как-то не срослось. Обещаю написать об этом предельно литературный постфактум…
То, что у нас в стране церковь официально отделена от государства, ничего не решает. А харьковское празднование 1020-летия Крещения Руси с «ДДТ», «Братьями Карамазовыми» и пивом на площади Свободы, проповеди священников под клипы на экране гостиницы «Харьков» и рекламные вопли: «Украинская православная церковь представляет!» ставят под сомнение еще и отделение церкви от шоу-бизнеса. Нет, оно конечно, хорошо, что не ислам. Но с другой стороны — плохо, что не буддизм, или что до сих пор не язычество. В общем, непонятно даже содержание праздника, не то, что его форма. Но на киевских перевыборах слияние церкви с государством и шоу-бизнесом проявилось как никогда. Можно сказать, что две загадочные религиозные организации мерялись силенками, и у Черновецкого оказалось силенок больше, чем у Турчинова. Видимо, религия Черновецкого больше рассчитана на борьбу и помощь ближнему — кто бы еще придумал поделиться наваром со столичными пенсионерками, живущими только со сдачи в аренду своих комнат в спальных районах? А смирение Турчинова в кривых зеркалах политтехнологий превратилось для избирателя в серость и инертность, а кому такое надо? Все идет к тому, что политтехнологи начнут брать за основу мировоззрение всех известных и не очень известных религий, и применять их в своих месседжах в зависимости от текущей ситуации, то-то будет весело. Правда, вряд ли такую технологию можно будет опробовать в харьковском регионе — наши местные городские правители вроде не замечены в приверженности к сектам, и хотя исповедуют религию, отличную от основной, но никому своего не навязывают. Хоть за это спасибо. Но зато у нас есть в распоряжении другие «опиаты» — НАТО, УПА, второй государственный. На всех хватит…
В принципе, Леонид Михайлович просто везучий. От своей способности правильно выбирать, кого надо слушать. Ведь сам он не производит впечатления сообразительного человека. Но кому-то из его команды пришла в голову концепция о том, что перевыборы — это не удар судьбы, это всего лишь испытание, новый уровень в беспристрастной компьютерной игре, и чего бояться, тем более, что в этой игре тоже есть правила, по которым единственный выход — не оправдываться, а мочить в ответ. И Черновецкий прислушался именно к этим людям. Прислушался бы к другим — уехал бы в провинцию выращивать капусту, а мэром стал бы Турчинов. Черновецкий, уставший добродушный победитель, теперь позволяет себе на эфирах озвучивать что угодно: «Какой же я наркоман, мне 57-й год, у меня четыре внука, два сына…» Тут вспоминается Кернес с почти дословными месседжами во времена эпопеи с луценковской сценой на площадях нашего города: «Я живу в Харькове, я здесь троих детей родил». Один спичрайтер на двоих у них, что ли?
И все-таки есть моменты, из-за которых в Харькове все может получиться совсем по-другому. В 2005‑м, как сейчас помню, говаривали, что столичное метро на Троещину (харьковский аналог — Салтовка или Алексеевка, то есть огромный «спальник» у черта на рогах, но еще и на другом берегу Днепра расположенный) проведут не раньше 2014 года. Точно знаю — тогда для меня этот вопрос был весьма насущным, поскольку из нескольких киевских мест я успела пожить и на Троещине, и добираться после восьми утра в центр через единственный соединяющий этот район с правым берегом Московский мост уже тогда было каторгой. Фактически, если ты не выехал с Троещины до восьми — то можешь уже и не пытаться. Что творится сейчас, страшно представить. Так вот, сейчас по поводу троещинского метро звучат более утешительные сроки — 2010 или даже 2009 год. Тем временем у нас Алексеевские котлованы на проспекте Победы уже поросли амброзией. И кто тому виной, если честно, не особо интересует. А главное, это не будет интересовать избирателей — они выберут виноватого сами, или им его просто подсунут.
Когда «оранжевым» пророчат похоронный марш и ванну с морфием (гос-споди, это еще откуда?! Жутики на ночь смотрите, Михаил Маркович?..), видимо, забывают, что проценты «регионалов» в киевской гонке вообще смехотворны. «Бело‑голубым» не помогло даже плавное распространение киевской мэрской кампании на регионы. В Харькове, например, можно было наблюдать возле «Стекляшки» палатку Партии регионов с двумя дежурившими в ней активистами и надписью на фасаде: «Помоги родным друзьям в Киеве — отправь смс в поддержку Горбаля!». Непонятно, каким образом это повлияло бы на результат голосования на киевских избирательных участках. Разве что на победу Ярослава Мудрого в «Великих украинцах» повлияло бы. Одно радует — что Горбаль присутствовал в регионах виртуально, и приехать в Харьков пообниматься с простым народом ему все-таки в голову не пришло.
На раскладах в Харькове может отразиться и судьба Юрия Луценко. Сразу некому станет проводить антинаркотические шмоны и кидаться на Добкина и Кернеса прямо в телекамеры. А ведь обещали нам выездное заседание комиссии по харьковской наркоторговле. Но теперь, учитывая результаты киевской мэрской гонки, Юрий Витальевич может до этого знаменательного события и не дотянуть.
Балога — он же везде. Если не сработает фактор Луценко, то не стоит забывать, что здесь к Фельдману и Шумилкину вовсю проявляет свой живой интерес «Партия, заканчивающаяся на ЕЦ». Оба персонажа исторически склонны к иделогическим партийным метаниям, поэтому вопрос с закланием можно быть решен легко и изящно — нейтрализацией инициаторов этого заклания. А Ляшко, что Ляшко — отвлекут парня каким-нибудь очередным «танцем с кастрюлями на головах», направят его неугомонный энтузиазм в другое, более полезное русло. Ляшко — он такой, ему подсунь парламентского хакера или конфиденциальную аудиозапись из Мариинского парка, и на полгода человеку тема для обсуждения…
Верховная Рада работает по харьковскому вопросу уж очень «оперативно», и Добкин еще успеет сделать очень много и плохого, и хорошего. За плохое поругают, а если мир перевернется, то может будут и судить (не на лавочках у подъездов, а в соответствующем казенном помещении). А хорошее при разборе полетов забудут. И если честно — фиг с ним. Потому что оно, это хорошее, какое-то неадекватное, «невпопад, зато не в тему», как говорится. Ходишь по центру — то тебе фонтаны красивые, то площадки детские в виде зарубежных госучреждений, то клумбы чуть ли не из средиземноморско-закарпатской флоры, то липы молоденькие вдоль площади Свободы, которых зимой понатыкали, а они все равно прижились, то скульпторы какой-нибудь очередной городок на площади лепят, не ледяной, так песочный. Кстати надпись на сказочном камне в нынешнем песочном городке немного странная. По ней, если прямо пойдешь, то руку вождю пожмешь — это, понятно, о Ленине. Налево пойдешь — в сад попадешь: это о парке Шевченко. Но дальше интересно: если направо пойдешь, то ожидает тебя какой-то неприятный мистический цугундер. Направо от камня находится гостиница «Харьков» и штаб Партии регионов. К чему бы это? Так вот, кроме надписи на камне, вся окружающая красота, в принципе, радует. Но это как, допустим, муж выиграл в лотерею и купил жене бриллиантовое колье, а между тем в доме ни мебели приличной, ни бытовой техники, и одеться толком не во что, да и пожрать особо нечего. И обижать вроде не хочется, самое умное — поулыбаться, поблагодарить, колье тихонько продать и купить в дом всякого нужного. А про колье сказать, что потеряла — поругается немного и забудет. Или нет, не то — все происходящее больше все-таки напоминает ситуацию, когда муж купил колье не на выигрыш в лотерею, а на стыренную у жены заначку, которая отложена была теще на операцию. И продать колье жена теперь не может, потому что не она его покупала
Виктория Найденова, для «Пятницы»