8.jpg

Кризис везде. Хотя можно внимательно изучить карту мира, продать квартиру в Харькове и сбежать от кризиса на какой-нибудь тропический остров, минимально интегрированный в мировую экономику. И на сколько хватит денег, на столько и хватит. Но это только если нет детей, больных родственников и домашних животных. А иначе придется остаться. И наблюдать за тем, как вокруг одна за другой исчезают привычные вещи.
Буквально на днях вспомнилось, на что похоже то, что происходит сейчас. На карпатскую стихию, прокатившуюся в конце июля этого года. Неумолимый поток, уносящий за собой все, что попадется на пути. Поток иррациональный, непредсказуемый, что позволяет включать во взаимодействия с ним вопросы веры. Даже не в религиозном понимании, а в плане доверия к положительному исходу событий. Как и тогда, в Карпатах, сейчас можно в момент потерять все, а можно чудом ухватиться за тоненькую соломинку и выжить, и даже когда казалось бы никаких шансов, будто по иронии судьбы приходит какое-то нелепое, дурацкое по своей сути, но — спасение, и потом сидишь на берегу, отряхиваешься, и думаешь, глядя на бурлящий поток, расшвыривающий пудовые бревна — вот ведь повезло… И что важно — это хаос, бессмысленно что-то предпринимать, ухитряться, выкручиваться, продумывать. Спасение либо придет, либо нет. Но положительный вариант всегда существует, независимо от степени нашей паники. А остальное — только вопрос бережного отношения к собственному здоровью и психике. Ведь когда — опять по карпатской аналогии — ночью, без крыши над головой, в горах, застает гроза, которой на равнине и не видывали, нет смысла бояться. Все равно никуда не денешься, процесс пройдет и закончится с некоторыми потерями для тебя, не раньше, и не позже, чем предусмотрено. И единственное, что ты можешь контролировать, — сколько своих нервных клеток ты лично спалишь за эту адскую ночь.

— Холмс, не пойму, что с вашим лицом!
— Это элементарно, Ватсон. Я просто хотел в магазине расплатиться украинскими гривнями...


Кризис сметет много ненужного, и оставит самое необходимое. Сегодня каждая строчка будет в память о 90-х — времени, которое я ненавижу, но без которого пришлось бы еще хуже. Так относишься к строгим училкам, которых терпеть не можешь, а потом вспоминаешь, понимая, что без той базы, которую они жестоко утрамбовывали нам в головы, не знали бы мы ни инглиша, ни алгебры на должном уровне. Так вот, из 90-х вместе с кризисом вымыло «братков», примитивную рекламу (сейчас посмотреть телеролики про какого-нибудь Леню Голубкова, сравнить с современными шедеврами — а потом сесть и плакать…), не менее примитивную эстраду (из которой выросла хотя бы более европеизированная попса). Согласитесь — лучше, чем ничего.
Пока останутся заботы о «Евро-2012». Не исключено, что чемпионат в эпоху кризиса постигнет та же участь, что и Олимпийские игры, которые не проводились в годы Второй мировой. Европа тормозить процесс не намерена, и всячески дает добро, Харьков потихоньку приводит в порядок стадион «Металлист», в то время как Днепропетровск наоборот сворачивает подготовку к чемпионату. И здесь уже кризис понимания: европейцы привыкли, что «Евро» — это не забавка, а рабочие места и подъем инфраструктуры, такое себе НАТО в сфере строительства и ЖКХ, и футбола в процентном отношении там меньше, чем всяких прочих полезностей. Наши же до сих пор считают футбольный чемпионат за неуместную роскошь и руководствуются привычным «не до жиру, быть бы живу».
На ближайшие пару недель останутся и заботы о принятии бюджета-2009. Помню, как Тимошенко презентовала проект бюджета — еще в сентябре, в Октябрьском дворце в Киеве, с участием широких слоев общественности и представителей разных отраслей, и оппозиция вопила, что бюджет популистский и в нем завышены многие показатели. А Юлия Владимировна видать знала, что все равно придется исправлять — сейчас-то тем более завышены…
Наконец всем придется жить по средствам, что предвещает смерть гламура как такового. А особенно гламура в кредит. А отсюда и некоторая ротация в наборе человеческих качеств, необходимых для выживания. Немного отойдет на второй план то, что образованные люди называют амбициями, а искренние — понтами. Выживут, как обычно, сильнейшие, но в данном случае сила вряд ли будет определяться финансовым положением. Скорее наоборот: те, кто научен без многого обходиться, теперь сможет применить эту науку на практике и в полной мере, располагая только собственными руками и головой и не будучи связанными лишним материальным ресурсом. В конце концов, и глобальные переезды удобнее с одним чемоданом, чем с ворохом добра, не вмещающимся в трехкомнатную квартиру. В наступающем году как никогда будет актуальна песенка Жени Лукашина из «Иронии судьбы» по поводу иметь или не иметь. Просто гимн для людей, обвешанных кредитами, кто бы знал…
Уйдут с поля зрения все вопросы, возникшие несколько лет назад, когда страну попустило, ей перестал досаждать ежедневный трындец по всем фронтам, и политики решили, что можно расслабиться, и поговорить об «околожизненных» вещах. Тех, которые человека, занятого исключительно собственным выживанием, обычно не интересуют. Теперь это, думается, уйдет. Так чистит мозги война, обнажая истинные качества каждого человека. Но война берет за это слишком большую цену, резко и помногу. Кризис будет все-таки менее беспощаден.
Мы постепенно забудем о НАТО — у нас уже не станет сил ему сопротивляться, тем более что в последнее время заметно, что мы ему и даром не нужны. И вообще не исключено, что отомрет традиция военных блоков: в условиях, когда последнее, о чем думают руководители всех стран — это нападение друг на друга.
Самоликвидируются вопросы языка. Перестанет быть актуальным упор на двуязычие или единый государственный, станет животрепещущей необходимость изучения пары-тройки европейских или азиатских языков, для возможной трудовой миграции, а кроме того, и компьютерных языков, при кардинальной смене профессиональной сферы, например. И это будет более здраво: насколько помню, программисты никогда не спорили о введении одного-единственного языка программирования, — нам у них стоит поучиться.
Отойдет на второй план история: те, кто чтили у себя на местах бандеровцев, продолжат это делать, хотя и им, думается, придется существенно сократить бюджеты. И, может быть, наконец в центре задумаются, что не надо бы провоцировать, раз уже Львовский, Ивано-Франковский и Тернопольский облсоветы давно выделяют помощь своим ветеранам УПА, и всенародное признание им нужно постольку-поскольку, и уже точно в меньшей степени, чем политическим силам, которые с ними заигрывают.
Мужественно перенеся все годовщины Голодомора, нация освоит индивидуальный подход к вопросу, и считать свечки на окнах будет уже не комильфо, и каждый будет помнить об этих событиях и их жертвах в той степени, в какой это коснулось непосредственно его семьи.
Есть надежда, что сойдут на нет вопросы коалиции, и все будут голосовать со всеми, помня об интересах своих партийных спонсоров (помнить об интересах народа — это слишком, для этого нужен гораздо более масштабный кризис…). Президент, что бы он ни делал, будет плавно опускаться в небытие, вопрос только в том, какое количество своих соратников и рядовых граждан он успеет потянуть за собой. Хорошо бы, если бы это были только его политтехнологи, надававшие ему за эти несколько лет таких «ценных» советов, что нам за них придется не один год расплачиваться. Кадровые решения вообще в нынешнее время будут самым простым рецептом. Особенно элементарно будет кого-то уволить, вот чтобы назначить — на это не всегда хватит ума. К примеру, поставить главой НБУ Яценюка сейчас было бы неплохо. В 2004-м, когда нация стояла за свободу, экономически это удовольствие ей обеспечил именно Арсений Петрович, не допустив обвала гривни.
Останется — последняя для многих — и надежда на бессмысленный и беспощадный бунт. Партия регионов, сгорая от зависти к «оранжевым» из-за их политического бунта в 2004-м, планирует весной сотворить бунт экономический и вывезти на Киев внушительную часть разъяренного к тому времени Донбасса.
Пройдет время Шустера, придется говорить не только свободно, но и по делу. «Первая ласточка» — недавний эфир, посвященный в том числе и отключению отопления и горячей воды в столице. Достойна выкладки на «Ю-тьюбе» комедия в исполнении Черновецкого и представителя «Нефтегаза». Жаль, что обошлось без столь необходимого в этой ситуации представителя «Киевэнерго», который затормозил исправно уплаченные гражданами деньги за тепло на пути к поставщику. И потихоньку для населения становится важнее не комедийная форма таких разборок, а то, что после предания огласке ситуацию взяли под личный контроль все кому не лень и тепло решено было вернуть, даже несмотря на задолженности — просто потому, что жалко детей и стариков. То же самое можно сказать и о ситуации на Львовском автобусном заводе. И хорошо, если в дальнейшем главной целью таких сборищ будет суть, преданная огласке, а не соревнования в остроумии. А что до Черновецкого — интересно, в какой другой стране возможно, чтобы мэр мерзнущего города устраивал в прямом эфире «Камеди клаб»? И еще интересно, насколько быстро была решена бы проблема в каком-нибудь райцентре, где среди пострадавших не было бы известных политиков, политологов и журналистов?
Останется с нами и наша Конституция — вносить в нее изменения Литвин планирует не раньше, чем через год. Сейчас, дескать, неактуально. Хотя не факт, что его будут спрашивать, несмотря на то, что теперь он всем нужен. Главное, чтобы мы все-таки решили до 2012-го что-то с мажоритаркой и открытыми списками. Не в смысле до проведения «Евро», а в смысле до новых выборов. Опять у нас все со всем совпадает, и ни для «Евро», ни для выборов это не плюс.
Ну и, наконец, у нас останется опыт, который не купишь ни за какие деньги. Ведь все мы помним 90-е. Кто переживал их в отпуске за свой счет или на бирже труда, кто — месяцами ожидая, когда же принесут пенсию, а кто — считая дни до совершеннолетия, или приписывая лишний год (как в войну…), чтобы его, малявку, приняли на работу, и тогда уж кем только ни приходилось… Так что выживать мы умеем. Мы, возможно, жить не умеем, а вот выживать — вполне…

Виктория НАЙДЕНОВА, для «Пятницы»