Самая тихая и незаметная, самая безнадежная и самая оправданная война — это война с онкологией. При областной детской клинической больнице № 1 работает группа волонтеров «Мы рядом». Это родители детей с онкозаболеваниями. Одни выжили, другие не смогли победить болезнь. Теперь их родители спасают чужих детей. И они уверены: онкология — не приговор. 

Сейчас общая онкологическая статистика сравнима с потерями в локальных войнах. Как впрочем, и статистика жертв ДТП. Но если правила дорожного движения можно выучить, а от войны — сбежать, то рак однажды просто появляется и все. Точнее, большинство людей склонны думать, что «и все». Волонтеры убеждают в обратном: пройдя все круги ада вместе со своими детьми, они уверены, что нельзя опускать руки, услышав страшный диагноз. А профессор онкологии, врач детского онкологического отделения локальных опухолей Харьковской ОДКБ № 1 Владимир Белецкий уверяет, что детская онкология в большинстве случаев лечится легче, чем взрослая. Дети сложнее переносят химиотерапию, но организм к ней более восприимчив, и после нее восстанавливается быстрее, чем у взрослых. И, кроме того, взрослый осознает всю серьезность ситуации и боится, впадает в отчаянье, в то время как дети часто не понимают, что с ними происходит, и этим только помогают сами себе.

В общем, дело только в своевременной диагностике, наличии необходимого оборудования и препаратов. В развитых странах, где все это есть, выживают 50—90% детей, у которых были обнаружены онкозаболевания. В наших реалиях волонтеры при помощи спонсоров пытаются «залатать дыры» — от властей помощи практически нет. По государственной программе отделению был выделен сепаратор крови, но на местном уровне поддержка властей выражается только в закупке некоторых лекарств. Причем режим этот закупки очень специфичен, как и все в нашей стране. Например, заказав препарат, получить его можно будет только через год, когда пациента, нуждающегося в нем, возможно, уже не будет в живых. А в следующем году понадобятся другие препараты, для новых типов онкозаболеваний, и те, полученные с опозданием, уже не факт, что будут нужны. В общем, рассчитывать приходится в основном только на помощь спонсоров. В 2007 году удалось добиться выделения постоянного помещения в областной детской клинической больнице № 1 для отделения детской онкологии. Раньше это была одна палата, рассчитанная на пятерых детей, естественно, с родителями, и находиться там было невозможно. Не было ни нормального туалета, ни душевой. Сейчас в новом отделении на шесть палат сделан ремонт (облуправление здравоохранения выделило 180 000 грн, и еще столько же собрали волонтеры). Есть теперь не только душ и туалет, но и кухня с необходимой техникой, стиральная машина, стенные шкафы, детская игровая комната. Кроме людей, которые помогают периодически, сейчас новому детскому онкоотделению ежемесячно перечисляет средства анонимный меценат. Волонтеры не знают о нем ничего, кроме того, что его зовут Геннадий.

Волонтеры привлекают средства всеми возможными способами. Например, благотворительными акциями: так, на площади Конституции волонтеры и все неравнодушные выкладывали из свеч слово «Надежда есть», и там же можно было помолиться за выздоровление каждого ребенка и получить информационные буклеты, рассказывающие о проблеме детской онкологии. 

Помочь онкобольным детям может каждый: хотя лечение очень дорогостоящее (от 3—4 тысяч до сумм с пятью-шестью нулями, в зависимости от конкретного случая), пациентам часто нужны и обычные альбомы для рисования, краски, игрушки, фрукты. Кроме того, пригодится и моральная поддержка — к детям в отделение часто приходят психологи, арт-терапевты, планируется попросить о помощи и священников.

А все, что не зависит от волонтеров и не находится в божьей власти — как всегда на совести чиновников. По словам волонтера Артема Величко (его сын умер от саркомы простаты) — в итальянских клиниках куда больше штат медсестер и врачей, в то время как в наших больницах, наоборот, происходят сокращения как сотрудников, так и их зарплат. На Западе онколог — это высокооплачиваемый специалист, который не озабочен тем, как прокормиться, и все его усилия направлены на работу и постоянное обучение, повышение квалификации на конференциях, симпозиумах, курсах. У нас же даже при поступлении нового оборудования встает вопрос — как с ним обращаться. Например, сейчас на средства спонсоров закуплено оборудование, позволяющее проводить высокодозную химиотерапию, а также осуществлять дозировку при химотерапии автоматически, а не вручную, как было раньше. Но ведь даже этому приходится обучать персонал.

Родители признают: легче болеть самому, чем видеть, как болеет твой ребенок. Но онкология меняет систему ценностей. Родители рассказывают, что заболевшие дети часто сами начинают молиться, хотя никто их этому не учил. А сами родители, пережившие такую битву, выходят из нее другими людьми, на многое в жизни реагируют по-другому, и уже никогда не скажут и не сделают того, что сказали бы и сделали еще два года назад. Как замечает волонтер Наталья Криволапова, чей сын победил злокачественную опухоль мозга, — если раньше тебе в транспорте наступят на ногу, ты плюнешь на спину, то теперь ты поблагодаришь, что тебе наступили на ногу… 

Кира СТАНИСЛАВСКАЯ, для «Пятницы»

— Что вас интересует, женщина?
— Детские коляски.
— Если хотите, чтобы с ребенком чаще гулял муж, тогда возьмите вот эту — с пепельницей и открывашкой для пива!