По-разному складывается судьба каждого человека. Иногда кажется, что вот, всё устоялось, опасности позади, началась новая жизнь. Человек теряет бдительность —  и все… 

Сергей родился 22 сентября 1897 г. в г. Казани в семье потомственных дворян — капитана 26 Могилевского пехотного полка Петра Карповича Шубы. Он был старшим ребенком в семье; как обычно, именно старшим достается лучшее образование, да еще и за казенный счет. Выпускник 1-го кадетского корпуса,  поручик Сергей Петрович Шуба участвовал в великой войне, а потом и в гражданской. Сначала на стороне добровольческой армии, а после ее поражения — с 1919 г. — красноармейцем в составе 7-го Украинского полка Красной Армии, выйдя в запас в 1920 году. 

Удачно замаскировавшись, как сын рабочего г. Казани, он переезжает в Харьков, где с октября 1922 г. работает несколько лет топорщиком в 4-й пожарной части на Заиковке. Со временем сюда переезжает вся его семья: мать, младшие сестры и брат. Они жили на ул. Батуринской в доме № 9, бедствовали, т. к. жалование Сергея было мизерным, всего 64 руб. 60 коп. Но ему требовалась рабочая биография, а попутно и общественная деятельность, которая была на поприще председателя жилищного кооператива по месту жительства. Освоившись в совдепии, он поступает в 1926 г. заочником в ветеринарный институт.  

Диплом ветеринара, полученный им в 1930 г., открыл ему более широкое поле деятельности. Направленный на работу в сельское хозяйство он становится уважаемым  человеком, чья работа ценится как простыми работниками, так и начальством. Его служба ветеринаром проходила в Винницкой и Киевской областях, а с августа 1935 г. он был назначен районным ветеринарным врачом Староверовского района Харьковской области. К этому времени он уже был женат, сестры его, Раиса и Ксения, работали в учителями в школах Харькова, а брат Леонид ветеринарным врачом в Краснограде.  

Все шло хорошо, пока 3 декабря 1937 г. Сергей Петрович Шуба не был арестован Староверовским районным отделом НКВД. Самое интересное, что ни один из следователей, которые вели это дело, ни в Староверовке, ни в Харькове, не выявили никаких сведений о происхождении и о прошлом Шубы, а обвинен он был в антисоветской контрреволюционной агитации.  

Не лишним было бы упомянуть, о чем же говорил Шуба со своими работниками и крестьянами: «Так, например, по поводу захвата Италией Абиссинии, я высказал мнение, что благодаря проникновению иностранного капитала в Абиссинию, там будут построены фабрики и проведены дороги, чем оправдывал грабительскую политику империализма. По поводу событий в Испании я высказывал антисоветски направленные мысли о том, что Испанское правительство, кроме помощи продовольствием, которую оказывает Советский Союз, Коминтерн завозит на пароходах или через французскую границу аэропланы и др. вооружение. В разговорах с колхозниками я часто высказывал недовольство отсутствием и плохим качеством промышленных изделий; так, например, при постройке ветлечебницы я говорил о том, что заставляют строить, а не хватает гвоздей, досок, и говорил, что нет керосина, а его добывают много и вывозят за границу, что нет кожевенного материала, а из колхозов в государство поступает». 

Суд приговорил С.П. Шубу к восьми годам лагерей, но, учитывая его кассационную жалобу, приговором от 10 мая 1939 г. срок был заменен пятью годами лагерей. Все время с момента ареста он содержался в харьковской тюрьме. Из лагеря он уже не вернулся. В 1990 г. С.П. Шуба был полностью реабилитирован, но справку о его реабилитации даже некому было предъявить. Одни из его родственников умерли, другие выехали заграницу в годы немецкой оккупации. 

Любопытно, что с того времени, как Сергей предал забвению свое происхождение, свое Отечество, давшее ему образование и святую обязанность защищать Родину от врагов, его отец подполковник Петр Карпович Шуба сражался с большевиками в армии барона Врангеля, а после поражения отбыл за границу, где был активным борцом с советской властью, служил в охранном корпусе вермахта под командованием харьковчанина Бориса Александровича Штейфона. У П.К. Шубы в Бельгии была другая семья, и сегодня одна из его дочерей вспоминая сводного брата, удивляется его выбору в далеком 1919 году. 

Андрей ПАРАМОНОВ, для «Пятницы»

Приходит ветеринар по вызову. Глядит — лежит на полу питон и лает! Ветеринар в восторге:
— Беспрецедентный случай — лающий питон! За такое открытие я получу Нобелевскую премию!
— Доктор, может быть, сначала извлечем таксу, которую он проглотил?