Сказано Нестором Шуфричем в «Правде Р. Скрыпина».

I

Случаются иногда  моменты истины, когда государство все-таки необходимо. Когда оно хоть частично должно оправдать непомерные расходы на свое содержание. Такие моменты — это войны и кризисы. На крутых изломах отступает всё мелкое и страна объединяется. Было бы вокруг кого.

У нас — нет.

Государственная политика отсутствует.

Лично я — против монетаризма и за решение экономических проблем включением печатного станка (по-научному — за нулевую ставку рефинансирования, как в США) через связку «деньги–спрос–производство». Монетаристы, наоборот, — за ограничение денежной массы и укрепление курса любой ценой. ОК, хоть это (по-моему) и неправильно, но пусть уже госполитика была хотя бы такой. У нее тоже, видимо, есть свои плюсы, посмотрим, как оно выйдет у наших северных заклятых друзей.

Но нельзя одновременно быть и социалистами-популистами, и неокейнсианцами, и монетаристами. Социал-монетаризм есть явление чисто наше. Деньги не печатать, но тратить на нереальные социальные программы; курс нацвалюты сначала держать зубами, а потом объективно способствовать эффекту разжавшейся пружины; убивать по очереди сначала экспорт, а потом, наоборот, импорт; инфляцию таки получить, но без малейшей пользы, которую она могла бы дать, зато с полным комплектом вреда, то есть демонстрировать абсолютное отсутствие стратегии, тактики и вменяемой (любой, но последовательной!) экономической политики — такой способ борьбы с кризисом есть украинское ноу-хау.

Ежедневные взаимно противоположные решения государственных институтов работают на самоуничтожение — и этих решений, и этих институтов, и этого государства.

II

Но, может, так и надо?

Каждый на своем посту вредит стране по максимуму, а она, несокрушимая, все равно стоит.

Выдержать такую власть ни одно «цивилизованное» общество не могло бы. А мы — можем.

Они разжигают панику, от которой и Швейцария  рухнула б, а нам — хоть бы что. Ну почти хоть бы что. Они говорят потенциальным кредиторам: «Дайте, пожалуйста, мы хорошие, хотя нам ни хрена не надо, пошли, козлы, вон!» — а страна держится. Ну почти держится. Они умножают друг друга на нуль, а нам не страшно. Ну почти не страшно.

Материалистических шансов выкарабкаться нет. Но мы выкарабкаемся. Не благодаря им, а вопреки, но потом все равно кого-то из них опять выберем. Если выживем, но мы выживем. Вопреки науке и материализму.

       Боже, храни Украину.

Александр КИРШ, для «Пятницы»

В конце пира опытная скатерть-самобранка сама превращалась в простыню.