У каждого человека всегда есть выбор в жизни: оставаться ему честным человеком или, воспользовавшись шансом, совершить неблаговидный поступок, улучшив на некоторое время свое материальное положение. Был такой шанс и у фонарщика 1-й полицейской части г. Харькова Василия Герасименко. 

Васька родился в 1834 г. в семье отставного солдата Ивана Герасименко, отца своего помнил плохо, т. к. тот все время пропадал в шинках и трактирах Харькова. Будучи в полку писарем, он изрядно выучился грамоте и помогал за выпивку и небольшие деньги составить прошение в разные учреждения. Пьянство и погубило Васькиного отца: он возвращался зимней ночью выпивши, провалился в канаву, выбраться не смог, там его и нашли ранним утром караульные.  

Мать с шестью ребятишками на руках тоже недолго прожила, маленьких детей взяли в богадельню, старшего взял дядька по матери, который занимался частным извозом в Харькове, а Ваську приютил у себя младший брат отца, служивший при полиции фонарщиком. В 12 лет Васька уже сам пытался заправлять керосиновые лампы, зажигал фитиль, носил увесистую лестницу. Его приняли на должность фонарщика в 1848 году, когда дядя болел цингой и не мог выполнять свои обязанности. Жалования ему положили 21 рубль в год, он зажигал фонари по Рымарской и Сумской улицам, верхняя часть которых была очень опасной в ночное время, т. к. неподалеку располагалось заброшенное Мироносицкое кладбище. Здесь собирались бродяги всех мастей, устраивали ночные пирушки. Редкие прохожие пробегали мимо него, опасаясь нападения то ли мертвецов, то ли этих бродяг.  

Среди фонарщиков ходили разные истории о случаях неожиданного богатства в виде оброненной драгоценности или кошелька, а то и случайных пьяных прохожих, которые могли одарить за помощь в проведении до дому. Но более всех был известен случай фонарщика Митрофана Жилина из 3-й Залопанской полицейской части. Он вытащил у пьяного купца кошелек, но по собственному пьянству рассказал об этом в трактире, и на следующий день его арестовали, а через неделю на Торговой площади он был привселюдно выпорот и отправлен в Сибирь на поселение. 

Ваське уже было 18, он с трудом находил дополнительные средства к пропитанию, носил воду хозяйкам, рубил дрова в трактирах, выгребал навоз со дворов. А еще Ваське нравилась дочь харьковского мещанина Настасья Бондарева, и он, очевидно, не знал, как исхитряться, чтобы стать и богатым и пригожим. В редкие выходные он садился напротив ее дома и ждал появления своей избранницы. Однажды отец Настасьи, заприметив частые посещения юноши, собрал соседей и крепко побил Ваську. Приведенный в полицию как злоумышленник, он был отпущен, так как принадлежал к этой самой полиции, а Бондареву пришлось уплатить штраф за буйство.  

В один из осенних дней Васька зажигал фонари по своим улицам, да еще пришлось работать за заболевшего соседа, по Чернышевской и Мало-Сумской улицам. Уже стемнело, вся знать была в театре, прохожих почти не было. У хлебного запасного магазина Васька приметил лежащего на тротуаре человека. Он подошел ближе и увидел, что крупный мужчина, по всему видно — богач, лежал без движения. Что думал Васька в эти минуты? Вот оно, возможное обогащение? Или сомнения тяготили его? Никто этого не узнает. Но Васька приподнял мужчину и через некоторое время доволок его до аптеки Мейера, где он помогал по хозяйству. Аптекарь принялся хлопотать над человеком, а Васька дознавшись, что тот еще жив, спросив не надо ли чего, удалился на свой участок.  

  Помогая в очередной раз аптекарю Мейеру, Васька узнал, что спасенный им человек граф Александр Петрович Девиер, который проживал в доме своего брата по ул. Сумской. А через несколько дней он был вознагражден за свои возможные сомнения. Девиеры заявились во двор к Ваське всей семьей, он был вознагражден, прежде всего, морально, так как большинство соседей недолюбливало Ваську, считая его малахольным.  

С того времени жизнь Васьки изменилась, ему была куплена бакалейная лавка, о которой он мечтал все свое детство. Бондарев с превеличайшим удовольствием отдал за него Настасью, а из богадельни вернулись в дом его младшие братья и сестры. 

Девиеры известны в России как не слишком порядный дворянский род, но помощь Василию Герасименко в далеком 1852 г. подарила Харькову несколько сыновей, среди которых был известный врач Иван Васильевич Герасименко, инженер Степан Васильевич Герасименко, внедрявший газовое оборудование для освещения города, а также частный полицейский пристав Василий Васильевич Герасименко, ставший одним из первых профессиональных сыщиков Харькова.  

Андрей ПАРАМОНОВ, для «Пятницы»

Ну выпил литр, ну два, ну три, в конце концов, но напиваться-то зачем?!