В эти дни в Украине и во всем мире проходит неделя противодействия расизму и ксенофобии. Харьков всегда отличался толерантностью. Данные о статистике преступлений на почве расизма у милиции и правозащитников отличаются, но в целом они утешительны. И все-таки не обходится в нашей области и без радикальных организаций, и без бытовой дискриминации.

Как замечает помощник министра МВД по правам человека Юрий Чумак, за 2008 год на территории Харьковской области не зарегистрировано уголовных дел, связанных с проявлениями ксенофобии и расизма. В целом зафиксировано 40 преступлений, совершенных по отношению к иностранным гражданам, но они не были совершены на почве расизма. Это данные милиции и прокуратуры. А эксперты Харьковской правозащитной группы в рамках своего мониторинга проявлений расизма и ксенофобии насчитали за тот же период 14 случаев нападения и притеснений так называемых «граждан неславянской внешности». Хотя, по словам сопредседателя Харьковской правозащитной группы Евгения Захарова, еще до 2005 года можно было сказать, что в Украине этой проблемы фактически нет.

В конце 2007 года на улице Рымарской людьми, одетыми в камуфляжную форму и высокие ботинки, был избит иностранец. При этом нападавшие выкрикивали расистские лозунги. Преступников не нашли. В конце марта возле станции метро «Исторический музей» были избиты двое иностранцев, нападавший, также одетый в камуфляж и высокие ботинки, был задержан и сам пояснил, что сделал это из расистских соображений. Оба происшествия имели место в непосредственной близости от главного офиса общественной организации «Патриот Украины». И кавычки здесь уместны не столько потому, что это название организации: деятельность организации уже давно вышла за изначально декларируемые рамки и, по сути, дискредитирует понятие патриотизма. За этой организацией, которая, кстати, в открытую называет себя социал-националистической (в названии гитлеровского течения просто поменяли местами два слова…) пристально наблюдают силовики. Но, тем не менее, прокуратура не спешит привлекать к ответственности руководство движения. У экспертов-социологов, работающих с расистской тематикой, даже есть подозрения, что силовые структуры заинтересованы в существовании одной разрешенной, но управляемой организации. Ведь если запретить подобную деятельность как таковую, то это может дать подпольные, гораздо более радикальные плоды.

Хотя некоторых представителям нацменьшинств доводится страдать не только от радикально настроенных «добрых молодцев», но и от тех, кто по идее должен защищать диаспорян от нападок. Николай Бурлуцкий из Мерефы, представитель ромской громады на Харьковщине, замечает: «Рома в Украине с середины XVII века. Трудно сказать о них «Понаехали», скажем так…». Проблему он ощутил на себе: примерно два года назад он проснулся в шесть утра (а двери в доме не закрываются) и увидел, что по комнате ходит посторонний человек с дубинкой в руке. Он показал удостоверение сотрудника милиции, спросил, откуда в доме телевизор и другая бытовая техника, попросил документы — и все это без ордера на обыск. После чего всех жителей большого дома (около 30 человек) пригласили в райотдел и допрашивали на предмет торговли наркотиками. Николая Бурлуцкого продержали там порядка шести часов. Несмотря на это рома стараются бороться с дискриминацией, не только проводя фестивали и знакомя всех со своей культурой, но в том числе и довольно оригинальными способами. Некоторое время Николай Бурлуцкий был пастором ромской христианской общины в Мерефе, и община проводила благотворительные обеды: пошли в райисполком, взяли список малоимущих граждан Мерефы и раз в месяц кормили бесплатно. Был хороший резонанс: «цыгане кормят украинцев». Но все равно: чтобы разрушить стереотип, нужно время.

Юрий Чумак рассказывает, как недавно представители ромской диаспоры хотели провести встречу представителей милиции со своими детьми — естественно, в рамках борьбы с ксенофобией. Женщина, сотрудник милиции, пришла на встречу в форме — и дети, увидев ее, расплакались… Милиция не может быть пугалом, с этим нужно что-то делать. Общественный совет при ГУМВД Украины в Харьковской области внес ряд организационных предложений, направленных на сближение сотрудников милиции с представителями национальных меньшинств — проводить встречи с ними, рассказывать об их культуре и традициях, а также о международных стандартах борьбы с насилием на почве расизма. В том числе была дана рекомендация: не конкретизировать в криминальных сводках этническое происхождение нарушителей, а ограничиваться формулировками «гражданин Украины» и «не гражданин Украины». Этот незаметный на первый взгляд нюанс в основном и «делает погоду» в том, как украинцы воспринимают людей других национальностей.

Любая встреча и дискуссия специалистов на тему расизма и ксенофобии рискует «съехать с катушек» — участники часто в своих оговорках разоблачают себя, свое равнодушие к проблеме либо истинное отношение, которое далеко от толерантности. Кроме того, эксперты вынуждены цитировать оскорбительные выражения, чтобы проиллюстрировать, например, проявления бытового расизма, — а там и самому прослыть расистом не далеко, если кто-нибудь вырвет из контекста. Парадокс: наверное, самая здоровая реакция на тему расизма — когда человек просто не понимает, о чем идет речь и говорить с ним об этом бесполезно. Просто потому, что его никогда не раздражало разнообразие. И ему не нужно держать свое раздражение в рамках толерантности — так как его, этого раздражения, просто нет…

Кира СТАНИСЛАВСКАЯ, для «Пятницы»

Я и представить себе не мог, что меня полюбит такая красавица, как она. И действительно, она меня не полюбила...