У него все есть. Зачем больше?! Он не переживает, кому сохранять то, что построил. Не строить — не может. Вчера взялся за город. Сегодня замахнулся строить страну… Александр Давтян в эксклюзивном интервью «Пятнице» о принципах строительства и формировании сознания.

Александр Саркисович Давтян: президент ЗАО «Гостиница «Харьков», президент ООО «Инвестиционная группа «ДАД», Почетный консул Республики Австрия в Украине, член исполкома Харьковского горсовета. Родился 8 апреля 1952 года в Харькове. В 2001 окончил Харьковский национальный университет им. В. Каразина (специальность — финансы и кредит, квалификация — экономист).

С 2002 г. — депутат Харьковского горсовета (избран по избирательному округу № 1). 

С 2006 г. — член исполкома Харьковского горсовета.

С 2006 г. — Почетный консул Республики Австрия в Украине.

Игорь Поддубный: Александр Сергеевич, сначала был Давтян-бизнесмен, потом уже все остальное, чиновник и т. д.?

Александр Давтян: Нет, сначала был Давтян-госслужащий, а вообще какое начало вы имеете в виду?

И.П.: Ну, например, за последние 10 лет, когда Давтян еще не был собственником гостиницы «Харьков»…

А.Д.: 10 лет назад уже был, правда не всей…

И.П.: А что бы вы тогда могли отдать за то, что бы владеть всем комплексом гостиницы «Харьков»? Учитывая, что на тот момент у вас уже были и заправки, и телеканал, и многое другое.

А.Д.: Деньги.

И.П.: А телекомпанию или какой-то другой бизнес могли бы?

А.Д.: Ну почему, конечно, мог бы, это ведь такой же бизнес, как и все остальное. Удивят ценой — отдам и телекомпанию. А вообще, было миллион этих предложений. За то время пока я владею «Симоном», мне более 20 раз предлагали продать или поменять ее, но пока меня эти предложения не привлекли.

И.П.: А гостиница — это больше, чем бизнес, причем, насколько я понимаю, любимый. И что, вы готовы от этого бизнеса отказаться?

А.Д.: Да, у меня была несколько лет назад одна смешная история: ко мне пришел представитель одной очень крупной в мире инвестиционной компании и предложил продать гостиницу за 80 млн. Тогда это были огромные деньги. Я сказал: если предложите 150 — забирайте, через два года мне он предлагал уже 150 млн. Я тогда смеясь спросил у него, что же я буду делать с этими деньгами?.. Все, что мне надо, у меня есть: дом, квартира, машина. Самолет мне не нужен — я не люблю летать, яхта не нужна — меня укачивает. И что мне делать с этими деньгами? Он говорит, ну купите что-нибудь. А что мне покупать?.. Я люблю недвижимость, люблю строить и строю всю жизнь. У англичан есть поговорка: когда дом готов — хозяин умирает. Вот у меня в доме все время ремонт, опять что-то перестраиваем. Жена говорит: когда уже отдыхать будем... Но ведь строить — это здорово, когда из ничего что-то появляется. Я просто кайфую на стройке, вот не был там пять дней, приезжаю, а там уже что-то новое появилось... Так что покупать мне особо нечего. «Госпром» не продается, университет не продается, здание обл. совета тоже пока не продается, Моя гостиница в самом сердце города, и какой смысл мне менять такое прекрасное здание на кучу денег и опять бегать что-то искать?! Хотя я понимаю, что те деньги, которые стоит гостиница, сами по себе дают гораздо большую прибыль, чем дает гостиница и по капитализации, это не самая большая и доходная часть моего бизнеса. А гостиница не только сердце города, но и часть моего сердца. Здесь мне помогают и сын, и дочь.

И.П.: Какой же у Александра Давтяна дом, если у него такая гостиница... Одноэтажный?

А.Д.: Да нет, высокий, но если бы сейчас строился, то делал бы одноэтажный. Дом хороший, очень удобный для жизни, кроме этажности. На третий я практически никогда не поднимаюсь, только когда дочитываю какую-нибудь книгу, поднимаюсь в библиотеку, чтобы взять другую. Дом хоть и не маленький, но всего шесть комнат и все при деле. Не вижу смысла строить дома на 20 комнат, куда никто никогда не заходит.

И.П.: Говоря о бизнесе, вы сказали, что есть бизнес более доходный, чем гостиница. Наверное, год на год не приходится. Может, к «Евро-2012» и гостиница даст хороший доход, если, конечно…

А.Д.: Да нет, я таких радужных надежд не разделяю. Мы вот надеемся, что через несколько дней Харькову дадут все-таки несколько матчей, а там уже посмотрим. Вчера мы с Ярославским готовили документы для УЕФА по гостиницам. Вообще, то что делает Ярославский для города, никто никогда не делал. Таких бы десять «ярославских» для Харькова — и наш город был бы не хуже Парижа. На стадионе люди пашут в три смены. Мы с ним близки по духу: он очень любит строить — так же, как и я.

Помимо гостиницы, есть в Сокольниках пятизвездочный отель, но кризис нам помешал закончить его в этом году. Мы высадили там большие ели, облагораживаем территорию. Это будет пятизвездочный отель, которого в Харькове еще не было. Еще строятся торговые центры, жилые дома. Да, мое состояние растет, деньги претворяются в конкретный ресурс, хоть сейчас и говорят, что в связи с кризисом многое обесценивается. Я с этим не согласен, ведь мне и сам процесс доставляет удовольствие. 

И.П.: Мне хотелось бы спросить о вашей семье. Ведь, пожалуй, самое главное, что вы построили — это не бизнес, не гостиничный комплекс, а семья. Этому вас научили или вы поняли это сами с жизненным опытом, что семья — это единственное, на что можно и нужно опираться?

А.Д.: Ну, во-первых, семья стоит на приоритетном месте, наверное, у всех. То есть семья — это всё, и всё делается ради семьи. Потому как очень неправильно, и особенно с возрастом это понимаешь, когда человек посвящает себя какому-то делу в ущерб семье… Многие разводятся, когда один из супругов все времени проводит на работе, забывая при этом о семье. Хотя сам я, особенно раньше, очень много времени проводил на работе, но что меня радует в последнее время, что рядом со мной сын и дочь, и они мне очень помогают в нашем деле. Это два моих самых близких помощника, компаньона, а моя жена помогает мне тем, что она есть, и тыл у меня прикрыт полностью. Кстати, с сыном у нас вообще так сложилось, что он с 10 лет фактически жил сам. Он учился в школе в Англии. Английская школа — это фактически школа жизни, где есть даже дедовщина, так что он должен был сам завоевывать свое «место под солнцем». Да, с одной стороны, мы часто туда к нему ездили, жена жила там по полгода. Это школа-интернат, — сына отпускали только на выходной. Уже потом когда, стал постарше, начал приезжать и сюда.

И.П.: А зачем это понадобилось? Вы хотите воспитать преемника с европейским мышлением?

А.Д.: Это было 14 лет назад, его отправляли туда в 95-м году. Кем бы ребенок вырос здесь, и кем он вырос там?! Потом он еще учился в Англии в университете. В конце учебы они жили в отдельных комнатах в коттеджах, и в каждом таком коттедже есть так называемая доска почета, на которой фотографии отличившихся учеников со дня основания школы. И вот в его коттедже я увидел там имя «Дмитрий Давтян», — это было для меня все... Я считаю, что мой сын нормальный мужик, я горжусь им. Я знаю, что мой бизнес не будет прогулян, пропит или проигран в карты. По сей день друзья, с которыми он учился, ездят к нему в гости. Ну а про дочку я вообще молчу, она у меня пашет на трех работах...

И.П.: Вернемся к Давтяну-старшему. Мне бы хотелось поговорить о Давтяне-чиновнике, ведь вы член исполкома горсовета...

А.Д.: Ну меня нельзя назвать чиновником, так как это должность на общественных началах.

И.П.: Ну вам приходится принимать решения в судьбоносных для города ситуациях? Что-то строить не себе?

А.Д.: Вы знаете, у меня особо нет должностной инструкции, так как я не должностное лицо. Есть исполком, в который входят мэр города, секретарь горсовета, почти все заместители мэра — это рабочий исполком, есть один представитель от глав районов и есть люди, которые находятся на общественной работе, то есть нас выбрали представителями общественности, кроме меня, еще ректор юридической академии, нынешний глава ЮЖД и ректор Академии городского хозяйства. И исполком не принимает никаких судьбоносных решений, он исполняет то, что решила сессия горсовета. Хотя… Мой бизнес, бизнес нашей семьи начинался в парке Горького, это мое родное, я к зелени отношусь очень ответственно, и я в этом хорошо разбираюсь, я знаю, что деревья можно садить многолетние, что можно их безболезненно пересаживать, а не вырубать. И вот на заседании исполкома с моей подачи принято решения требовать от застройщика за одно спиленное дерево 10 посаженных 8-летних плюс к этому облагородить определенное количество метров газона.

И.П.: Вы едете по Рымарской и видите старинный дом, наполовину обложенный розовой плиткой, наполовину с облупленной штукатуркой. Вас это задевает? Что в такой ситуации вы лично можете сделать?

А.Д.: Конечно, задевает. В советское время существовало такое понятие, как «паспорт фасада», и этот паспорт никто не мог нарушить. После 91-го года мы близко познакомились с понятием «частная собственность», мой магазин — что хочу то и делаю Это «жлобство», извините, как говорила моя бабушка. Художниками должны быть разработаны паспорта фасадов. Но давайте без перекосов, так как памятники архитектуры советской постройки тоже могут отличаться безвкусием, особенно во внутренней отделке. Безусловно, должен быть генеральный план застройки города, и тогда не было бы битвы за эти участки. Вот, например, улица Клочковская, здесь должен быть дом или зоопарк, хочешь — бейся за это место и строй зоопарк. 

И.П.: Ну вот возьмем конкретную ситуацию, раз уж вспомнили про Клочковскую. Спуск Пассионарии, по которому невозможно ездить, не вспомнив «добрым словом» строителей, укладывавших булыжник. Говорят, что укладывали это бомжи и студенты, так как в городском бюджете не хватило денег на более квалифицированных рабочих. Кто за это должен нести ответственность?

А.Д.: Подрядчик, конечно. Но если вы мне даете официальный запрос, как журналист, которого возмущает эта ситуация, я могу на ближайшем заседании исполкома его поднять. Если бы я был мэром города, это был бы последний их подряд. Но ведь какая-то же комиссия эту работу принимала?!

И.П.: Ну если будет возможность, давайте попробуем прояснить этот вопрос на исполкоме. Вы сказали: «Если бы я был мэром», а что, Александр Давтян хочет быть мэром?

А.Д.: Никогда в жизни! Я считаю, что Добкин вполне достойный мэр, особенно если сравнивать с предыдущими.

И.П.: И на следующих выборах вы будете поддерживать эту команду?

А.Д.: А что значит «поддерживать»? Они что, инвалиды, что ли? А телевизионный ресурс дается всем, — это же бизнес. Мы предоставляем время кому угодно, кроме оголтелых идиотов, крайне левых или крайне правых, от которых, кроме ругани, нет никакого толку.

И.П.: На президентских выборах вы поддерживаете Яценюка... Вполне может быть, что стань он президентом — захочет в Харькове «своего» мэра. Кого вы ему предложите, Добкина?

А.Д.: Ну мало просто предложить мэра, нужна еще серьезная поддержка горсовета. Потому как мэр сам по себе ничего не может решить без горсовета. Давайте фантазировать: стал Давтян мэром, а в горсовете подавляющее большинство из другой партии. С одной стороны, можно сотрудничать, а с другой — это глупо. Когда мы говорили с Яценюком о перспективах моего пребывания в Харькове, я сказал, что не хочу быть никем — ни депутатом, ни губернатором, ни мэром — устал! Мне хочется с семьей быть больше, с внуками, двое уже, дай Бог им здоровья. Я поддерживаю Яценюка, чтобы детям и внукам было по-другому жить. 

И.П.: А если бы Виктор Остапчук пошел в мэры, кого бы вы поддерживали?

А.Д.: Ну, Виктор Николаевич очень близкий мне человек, и поддерживал бы, конечно, его. Это такая же ситуация, как с Ярославским: если бы в Харькове было несколько таких «остапчуков» — мы бы горя не знали, у нас страна была бы другая. Это нормальный, помешанный на работе человек, у него взгляды на десятилетия вперед. И уж если говорить о мэрстве, то строить в городе надо все — и дороги, и озеленение, и многое другое. Правда, чтобы сделать в Харькове дороги, нужен бюджет Украины, для того чтобы поменять крыши, трубы, канализации — еще больше...

И.П.: А чтобы поменять сознание — сколько нужно?

А.Д.: А что бы поменять сознание — нужно учиться.

На повестке дня колхозного партсобрания два вопроса: строительство сарая и строительство коммунизма.
— Ввиду отсутствия досок сразу переходим ко второму вопросу, — объявил парторг.