Сергей Потимков, видимо, дошел до той стадии, когда пора писать мемуары. Впрочем, Сергей Юрьевич на своей творческой встрече не только и не столько презентовал свою новую книгу «Профессия: Потимков», но и рассказывал зрителям о далеких путешествиях и родном Харькове, о людях, с которыми ему удалось повстречаться в жизни.

Потимков любит говорить об уникальности Харькова, его метафизике. Говорил он об этом и на творческой встрече под названием «Исповедь коменданта». Вспоминая то, что сейчас происходит на улице Рымарской, Сергей Юрьевич возвращается к теме подземелий, которые, по его мнению, и являются причиной того, почему город так влияет на своих жителей: «Это особенность харьковчан, которые облечены властью — когда открывались эти ходы (это было и сто лет назад, так же делало НКВД, так же поступало КГБ), их засыпали, бетонировали. И мы этой своей истории не знаем. То есть мы — дети подземного города, дети подземелья. Эти токи — мы их все равно ощущаем, неосознанно».

Улицу Рымарскую Потимков вспоминает как «улицу своей жизни». Сергей Юрьевич ходил в школу № 6 на Рымарской, и когда из нее сделали женскую гимназию и спрашивали его мнение об этой инновации, он сказал: «Ни в коем случае! Вдруг где-то в энциклопедии напишут, что Потимков в таком-то году окончил женскую гимназию…» Потом, уже в студенческие годы, напротив Оперного театра, в подвале, жили его друзья, с которыми он учился на инязе. Они снимали комнатушку у тети Паши, цыганки. Эта цыганка, по словам Сергея Потимкова, нагадала ему, что он будет жить спокойно до тридцати лет, а настоящая жизнь у него начнется после тридцати. Как обычно бывает, Сергей Юрьевич вскоре забыл об этом предсказании, а ведь по прошествии лет понимает, что оно сбылось — действительно, после службы в Африке началась настоящая жизнь: «Не кто-то тебе отдает приказы, что тебе делать, а ты делаешь все это осознанно». На Рымарской происходили поэтические дуэли, ведь в тот период в Харькове было сосредоточено много талантливых имен — Филатов, Мотрич, Чичибабин. Они, по мнению Сергея Потимкова, могли бы стать гордостью для любой столицы мира. И здесь уже вопрос в том, почему харьковчане становятся знаменитыми, только уезжая из родного города, как, например, это произошло с Эдуардом Лимоновым.

Кроме того, именно в здании харьковской филармонии, в котором теперь проходила презентация книги, в один из безденежных периодов Потимкову и его команде заместитель директора предоставил бесплатное помещение для монтажа программ — в балетном зале. Где произошла еще одна мистическая история, не хуже, чем с гадалкой — Сергей Потимков вместе с коллегой однажды ночью увидели там, ни много ни мало, «призрака оперы»: «Это было реально. Потому что мы поделились впечатлениями, и это не был какой-то посталкогольный или алкогольный синдром, это не был синдром усталости, потому что мы монтировали ночью, глубокой ночью — нет. Описав то, что он увидел, он описал абсолютно то, что видел я. Это было некое белое марево, которое вот так прошло, и стало очень холодно... После этого мы боялись опуститься вниз, потому что туалеты тогда работали внизу, а надо было еще монтировать». Позже именно возле филармонии, на «7 канале», будет выходить «Комендантский час». Так что место для встречи со зрителями выбрано не случайно, хотя и состоялась встреча, в основном, по инициативе, исходящей от филармонии.

В книге «Профессия: Потимков», которую автор писал «полгода и всю жизнь», можно найти и отрывки из программ «Комендантский час», и стихи, и прозу, и шуточные советы начинающим писателям, и так называемые «шизы» — ироничные зарисовки из рабочих будней харьковских журналистов. Но едва ли не с большим энтузиазмом Сергей Потимков в тот вечер рассказывал о чужих книгах и об их удивительных авторах. Например, о харьковском историке Александре Зинухове, который писал о еврейском происхождении Чингиз-хана, выдвигал версию, что Пушкина застрелил наемный убийца, тщательно изучал историю возникновения масонства. Зинухов умер совсем недавно и при весьма загадочных обстоятельствах — не исключено, что ему «помогли» уйти из жизни. Потимков чувствует себя в долгу перед ним — говорит, успели сделать с ним несколько интервью, но фильм снять не успели.

Вспомнил Потимков и о своем 30-дневном путешествии через Атлантику. В презентованной книге есть об этом отдельная глава «Атлантическая тетрадь». Сергей Юрьевич вспоминает: «Основное ощущение от океана — это ощущение огромной свободы. Там 30 дней ты видишь открытый горизонт. Мы прошли три шторма. Нас океан как бы миловал — сначала был легкий шторм, потом потяжелее, потом настоящий. Мы поздно вышли в Атлантику, уже начинался сезон штормов… Там настолько яркие картины, их надо пережить, увидеть несколько раз. Снять это невозможно. Например — хороший ветер, ночь, яхта ложится набок, ее несет, и мы проходим через зону планктона. Сначала он просто блестит, а потом яхта разрезает волну, и это сплошная полоса огня. Когда мы снимали, со всякими примочками, все равно похоже, что кто-то освещает волну». Тогда же участники экспедиции видели в океане тоненькую дорожку — не лунную, а «марсовую», и гало над Нью-Йорком, удивительное соединение трех солнц… Может показаться странным, что человека, побывавшего в таком путешествии, а также на воинской службе в Африке, может тянуть обратно в невзрачный Харьков. И это ведь не только могилы предков, но и какая-то другая тяга, основанная на безотчетной любви. Оправдываемая метафизикой — не для того ли, чтобы сложить ответственность с себя? А впрочем, чего уж, красивая теория…

В начале встречи, пока зал потихоньку наполнялся зрителями, Потимков вспомнил еще об одной харьковской привычке — на любое мероприятие опаздывать минут на двадцать, а то и на полчаса. А еще Потимков замечает, что харьковчанам присуща вульгарность и сентиментальность одновременно. Это и породило такой пестрый ряд харьковских «выходцев» — Гурченко, Шульженко, Лимонов... И самая последняя торговка на харьковском базаре в душе очень сентиментальна…

Кира СТАНИСЛАВСКАЯ, для «Пятницы»

Немногие знают, что когда гепард голоден, человек может развивать скорость до 70 км/час!