Свершилось. И пока свершалось, успели порадовать все. В борьбе за власть Янукович показал свое лицо (провалив в парламенте несколько своих же обещаний), Тимошенко – спину (убегая через черный ход административного суда). А многие технические кандидаты, наоборот, сразу после оглашения результатов целиком спрятали свои тела подальше от публики. И в таких условиях наблюдать за политиками становится очень сложно. И почти неинтересно.

По логике вещей все голоса, отданные за кандидатов, должны будут во что-то конвертироваться. С лидерами гонки, и тем более с ее победителем, все понятно. Но что делать с голосами, отданными не за Януковича и Тимошенко? Как они конвертируются в будущее? Что получат такие избиратели, кроме уже полученного бесспорного морального удовлетворения? Имеется в виду не вброс бюллетеней за какого-нибудь одного малоизвестного кандидата в пользу другого, широко известного – эти технические манипуляции никакого отношения к стратегиям будущего не имеют. Имеются в виду, так сказать, политические дивиденды, но не личного характера, а в масштабах выгоды для всей страны. Избиратели вряд ли будут проситься в список к непрошедшим, а вот надеяться, что их голоса на что-то да повлияют – этого никто пока не запрещал.

Эти потерянные в бою проценты могли бы добавить победителю головной боли в случае ближайших выборов – но ближайших выборов, судя по всему, не будет. Решение об отмене было странным – ведь все равно перенести местные выборы нельзя дальше, чем на лето, дальше – неизбежное столкновение с законодательством. И непонятно, что особенно меняет такая незначительная отсрочка. Но похоже, что законодательное соответствие решений в ближайшие годы будет волновать парламентариев в самую последнюю очередь. Выборы как никогда зависят от погоды. Пока все не растает, выборы проводить нельзя. Но их нужно провести, пока опять не намело. Или тогда уж через год (если, опять же, руководствоваться выгодой, а не законодательством). А ведь сколько раз говорили все хором — и эксперты, и не очень: различие в каденциях между мэрами и их горсоветами ненормально, и с этим надо что-то решать, и приводить в соответствие одно к другому. Особенно громко об этом заявлял Комитет избирателей Украины. Впрочем, он же заявлял и о глобальных нестыковках в реестре избирателей – но опять не был услышан.

Казалось бы, разница между властью и оппозицией должна быть формальной – потому как это разница размером в три процента плюс невнятный судебный процесс. Но формальность заканчивается там, где власть становится властью (законодательно), а оппозиция – оппозицией (методом исключения). Причем этот метод исключения определяет и характер существования оппозиции, и отношение к ней. А возможно, и оппозиция сама виновата. Согласитесь, некий диссонанс: в Харькове крутятся ролики Фельдмана с обещаниями помочь всем политически преследуемым, а в Киеве Тимошенко отзывает свой иск, настолько же тихо и невнятно, насколько ярким была его подача в Высший админсуд. С «месседжами на места» не все в порядке, кажется. Не говоря уже о том, что немного раздражает эта давняя практика – обиженный политиками должен бежать за помощью к их оппонентам. А если оба, помощник и обидчик, неприятны одинаково? Или по-разному, но все равно неприятны? Какой-нибудь третьей конторы, куда можно пожаловаться, у нас нет? О политическом убежище я не спрашиваю – это крайний случай. Получается, что для противодействия обидчику главное – найти его прямого противника и примкнуть к нему. А если у обидчика нет очевидных противников – тогда ховайся…

По идее, такой третьей силой могли бы быть персонажи, пришедшие к избирательному финишу третьими и четвертыми. Им вполне можно открывать общественные приемные, бюро жалоб и предложений и прочие штабы по спасению утопающих. Но после выборов непрошедшие кандидаты оказываются просто за бортом, без оглядки на проценты. То есть либо пан, либо пропал. Понятно, что президентское кресло одно – но ведь сразу после инаугурации, и до нее тоже, начались внутрипарламентские коалиционные шевеления. И вот там бы и применить результаты первого тура. Но нет, сначала нужно попробовать замесить винегрет из идеологически несовместимых фракций, потом накромсать поштучно, и уж если не получится – слить всю эту требуху в перевыборы, и не факт, что результат для всех, затеявших эту канитель, будет более благоприятным.

Яценюк и Тигипко, сами не ожидавшие таких процентов, не успели опомниться, как закончились и выборы, и штабные средства, и востребованная альтернативность кандидатов. Понятно, что политические монстры им пытаются сократить инерционный путь, иными словами – из всех сил давят на тормоза. Чем позже будут местные и неместные выборы, тем избиратель вернее забудет не только о снеге, но и о «сильном президенте», и о том, что он «спасет страну». Предложения премьерского кресла – тоже не комплимент, а скорее попытка «регионалов» показаться белыми и пушистыми, а потом получить козла отпущения на кризисный период. Народ возропщет – премьера можно будет слить, приговаривая, вот, мол, что бывает, если ставить на должности не пойми кого со стороны.

После выборов не у всех кандидатов хватило средств даже на благодарственные билборды. Яценюк, к примеру, смог обратиться к своих избирателям и сказать им спасибо за доверие. А Богословской, наоборот, не могут сказать такое спасибо многочисленные штабисты, оставшиеся без денег по окончании предвыборной кампании. Долгие поиски Инны Германовны в дебрях Интернета и по всей стране, как это обычно и бывает, закончились ее появлением в пятничном эфире у Шустера. Где экс-кандидат вещала как ни в чем ни бывало. Впрочем, некоторые кандидаты, например, Гриценко, даже без средств к электоральному существованию сделали после выборов и между турами ряд заявлений, которые не стоили им ровным счетом ничего, а для собственного имиджа и успокоения электората дали немало. Что лишний раз доказывает, что голова на плечах много значит и что сволочью быть не обязательно. Правда, с результатами выборов это никак не корреспондируется, ну да переживем как-нибудь…

Как по команде замолчали после выборов все технические кандидаты. Мы уже подзабыли, кто такой Пабат, Бродский, Протывсих, Ратушняк. И скорее всего забудем окончательно и бесповоротно. Если бы у нас была машина времени, можно было бы определять «техничность» кандидата по тому, насколько резко он замолчал и вообще исчез с поля зрения после выполнения своей функции.

Радует, что все перипетии битвы за президентское кресло уже практически не задевают население. Конечно, это исключило возможность второго Майдана, но зато сохранило психику многим впечатлительным личностям. Но после избирательной гонки напрашивается несколько выводов. Разумеется, помимо того одного, самого распространенного – дескать, мы все умрем. Да не умрем! Просто здоровья того уже не будет. Так вот, о прочих выводах. Хотя, непонятно, насколько они могут быть полезны в предстоящий, возможно, безвыборный период. Выводы – вещь скоропортящаяся, поэтому лучше их озвучить сейчас, а потом при необходимости к ним вернуться. Вывод первый, почти несерьезный: очень плохо, что у графы «против всех» не было ни своих наблюдателей, ни членов комиссий. А права избирателей, выбравших эту графу, не отстаивали в админсуде и не требовали пересчитать голоса, не требовали назначить третий тур, с графой «против всех» и одним из лидеров гонки… Абсурда нынешней ситуации это бы не добавило, куда уж, а вот такой мониторинг электоральной психологии не помешал бы. Да и равноправие абстрактной третьей силы, возможно, дало бы избирателям почувствовать, что она все-таки есть. И если в президентской гонке ничего уже не изменить, то предстоящие когда-нибудь парламентские выборы можно было бы провести по этой схеме: в частности, если количество «против всех» превысит проходной барьер, то не мешало бы оставить в парламенте соответствующее количество пустых кресел – все равно их там, по причине неявки, несравнимо больше набирается…

Вывод второй, серьезный, но по сути бесполезный: результаты выборов фальсифицируются всегда, но оспариваются только тогда, когда это выгодно. Пока не уничтожены схемы фальсификаций, они будут использоваться теми, кто будет иметь к ним больший доступ и кому они будут больше выгодны. Оспаривание – это уже результат договоренностей и предмет спекуляций, о справедливости здесь вообще речь не идет. Эффективно бороться за справедливость во все времена могли только те, кого не в чем упрекнуть, кого нечем шантажировать. А в нашем политикуме таких нет…

Вывод третий: зарубежные наблюдатели – это не те, кто бродит по избирательным участкам и ищет нарушения, оформляя их в равноудаленные и незаангажированные отчеты. Настоящие зарубежные наблюдатели не пересекают границу не только Украины, но и своей родной страны, и оттуда руководят процессом – часто действительно одним только принятием созерцательной позиции. Ведь по сути разница между 2004-м и 2010-м была только в количестве жалоб от наблюдателей. Ах, нет, еще - в количестве поздравлений…

Еще один вывод: хороший юрист может все. Захочет – спасет, захочет – похоронит. Причем похоронить может незаметно, и при этом до самого победного, то бишь проигрышного, конца публично декларировать игру на вашей стороне. Видимо, не зря ходили слухи, что Андрей Портнов отказывается вести дело Тимошенко в админсуде. Похоже (исходя из этих слухов), стратегия изменилась в самый последний момент. Ведь куда изощреннее согласиться и потихоньку саботировать.

Ну а все остальные внутрипартийные выводы сделает для себя оппозиция. И та, которая планирует быть активной, и та, которая будет просто «не властью», и перетопчется в небытии ближайшую пятилетку. Причем, никто не застрахован, что Тимошенко из первой категории не перейдет во вторую. По крайней мере, ей для этого будут созданы все условия, а пойдет ли она против этих условий – большой вопрос. После такого суда всякое может случиться. Ведь уже сейчас, читая заголовок в новостной ленте: «В Румынии выбрали нового главу оппозиции», начинаешь испытывать легкую зависть…

Виктория НАЙДЕНОВА, для «Пятницы»

Леня, Леня, Витя, Витя... История Украины становится предсказуемой.