ПЯТНИЦА общественный иронический еженедельник
НА ГЛАВНУЮ     АРХИВ     ИНФОРМАЦИЯ О ГАЗЕТЕ     КОЛЛЕКТИВ
Новости, основные события в стране и мире глазами Харьковских журналистов. То, что вышло в эфир, и то, о чем мы умолчали: о власти, о городе, о людях, живущих рядом с нами. Наши ответы на ваши вопросы, исследования и впечатления, сплетни и скандалы в жанре, свободном к пониманию всех, кого еще не научили верить во что положено. Обижаться на нас - все равно, что ругать календарь и влиять на погоду.








МИХАИЛ КАЗИНИК:
ИСКУССТВО — ЭТО НРАВСТВЕННЫЙ КОДЕКС


Он говорит о гениях. Но не пересказывает биографии, а пытается сломать стереотипы. По мнению музыканта и музыковеда, педагога и писателя, эксперта и ведущего Нобелевского концерта МИХАИЛА КАЗИНИКА, в произведениях знаменитых поэтов и композиторов гораздо больше скрытого смысла, чем кажется на первый взгляд
       
        Казиник Михаил Семенович, 55 лет, родился в Санкт-Петербурге. По образованию — искусствовед, скрипач. Профессор Драматического института Стокгольма, Высшей школы бизнеса Скандинавии. Автор и ведущий телерадиокомпании СВS. Член Международной ассоциации писателей и публицистов. Эксперт Нобелевского концерта. Женат, отец взрослого сына


        Эфир «Новой волны» от 19 сентября 2007 г.
       ВИКТОР ФОМЕНКО: Михаил Семенович! Как назвать то, что вы делаете? Популяризаторство?
       МИХАИЛ КАЗИНИК: Нет. Так говорят люди, которые недалеко смотрят… Когда-то в церковь Святого Фомы, где Иоганн Себастьян Бах играл очень сложную музыку, по субботам приходили бюргеры и крестьяне. Спрашивается: они понимали такую музыку? В ответ на этот вопрос они бы наверное только пожали плечами. Люди всю неделю занимались сельским хозяйством, бытом, думали о доме, о посевах… И вот суббота, они приодевались, садились в карету или повозку, ехали в город, туда, где высокая церковь, устремленная в небо, и где распятие… Они начинали думать о жизни и смерти, о вечности и жертвоприношении. И в этот момент господин Бах начинает играть, и все эти бюргеры и крестьяне попадали в эту волну. Бах играл о том же, о чем они неожиданно один раз в неделю начинали думать. Это не была популяризация, это было внесение, введение в храм. Это была настройка ручки приемника на тот уровень волны, на котором Бах, Пушкин, Шекспир, Моцарт… Общение с искусством — это не преподавание, потому что искусство не предмет. Музыка, как и всякое искусство, не имеет ни начала, ни конца, не имеет пути от простого к сложному. Это не популяризация. Это введение в дух и в храм.
       В.Ф.: Ездить по миру с концертами и зарабатывать — это понятно. А зачем вам поездки по СНГ?
       М.К.: Когда речь идет о моей стране, я не ставлю никаких требований. Я никогда не выиграю здесь в деньгах. Одна моя конференция на Западе стоит дороже, чем месяц поездки здесь по всей стране. Но у меня есть другая задача. На Востоке по-прежнему есть люди, для которых Вселенная дороже собственного дома. И поэтому всем уставшим, законсервированным на собственных домах, закодированных на своих виллах европейцам просто необходимо отправляться на Восток. Здесь начинается новая жизнь, когда дух важнее тела. Если и спасать часть европейской цивилизации, то это надо делать в Украине, России, в Белоруссии. Здесь жив элемент, который не уничтожен под давлением европейской одинаковости и под влиянием скуки…
       В.Ф.: Понял. Вам здесь веселей…
       М.К.: Не просто веселей. Это гигантская энергия, энергия любви, которой здесь живут люди … Вспомните, что творилось в Харькове 50—60 лет назад? Это был город гениальных врачей, музыкантов, феноменальные профессора консерватории. И когда мой старый профессор Михаил Маркович рассказывал, как он в юности победил на всеукраинском конкурсе скрипачей в Харькове, я пренебрежительно сказал: «Ну что вы гордитесь каким-то Харьковом, — есть конкурсы в Париже и в Брюсселе». Он ответил: «Миша, я тебе клянусь. Ни один конкурс в Париже никогда не достиг уровня конкурса, в котором я победил в Харькове. Ты знаешь, что такое были харьковские скрипачи? Мир станет на колени перед ними». Здесь были гениальные пианисты. Считалось честью выступать в вашем городе! Иветка Ирха, с которой я приехал из Стокгольма и которая там занимает очень значительное место в музыкальной жизни Скандинавии, тоже из Харькова. Она здесь училась. И вернулась сюда уже как мастер. Там она ведет классы в Зальцбурге, Оксфорде, а сюда приезжает, как домой.
       В.Ф.: Как вы пришли к этому жанру — лекция-концерт? Он сразу появился?
       М.К.: Сразу. Он появился, когда мне было 15 лет. В этом возрасте я побывал у Анны Андреевны Ахматовой. Виктор Кривулин и Иосиф Бродский привели меня читать мои детские стихи. Потом они о чем-то заговорили, а я очень занервничал: они такие большие и взрослые, а я маленький. И вдруг коснулись темы, которая меня потрясла. И я забыл, что передо мной взрослые и серьезные люди и стал говорить очень эмоционально и быстро. И Анна Андреевна сказала: «Мальчик! Какое чудо. Вы умеете об очень серьезных вещах говорить очень эмоционально и доступно. Идите к людям. Это же потрясающе! Вы пророк, мальчик». Она тут же куда-то позвонила и меня пригласили в университет. Я спросил, что читать? Они — выберете сами. Я говорю: Бах и Эйнштейн. Ого! Это в 60‑м году! Эйнштейн был гением во всех отношениях. В одном письме он заметил, что если бы не было фуг Баха, он бы не понял, что Е=mc2. У Эйнштейна спросили, как воспринимать Вселенную и он ответил — как слоеный пирог. В каждом слое свое время и своя консистенция. Спасибо, Эйнштейн. Но это ведь и есть формула фуги. Фуга — это слоеный пирог, где каждая тема вступает в своей тональности и в свое время. Таким образом, еще одно доказательство, что искусство на интуитивном уровне раньше науки постигает структуры бытия. Вселенная — слоеный пирог, говорит Бах, а потом через 200 лет Эйнштейн подает это как открытие величайшего масштаба… Стихи Пушкина, музыка Моцарта, Мона Лиза — все это построено на формуле золотого сечения. И Земля, и пульс, если взять руку от локтя до длинного пальца. Все взаимосвязано — искусство, культура, космос. Мы гости космоса, мы пропитаны формулами космоса. Нам дается с собой в дорогу Бах и Моцарт, чтобы мы в этом земном болоте не загнили вместе с комарами и жабами…
       В.Ф.: А нужно ли расшифровывать все эти связи? Пушкин на примере Моцарта и Сальери ответил на этот вопрос отрицательно.
в тему:

     Ад вовсе не хуже рая, просто нужно в нем родиться.
    

       М.К.: Вы воспринимаете это негативно, и это понятно. Так нас учила Марьиванна в школе. На самом деле, у Пушкина нет никакой односложности. Юрий Лидерман, с которым мы держим театр в центре Стокгольма, кричал: я отменяю премьеру! У меня как у Сальери нет оснований убивать Моцарта». Сальери гениальные вещи говорил, и музыка у него гениальная!.. Классическая музыка — это отобранное через столетие то, что созвучно высшим идеям. Поэтому многие талантливые композиторы вынуждены будут остаться в древности. Я уже точно знаю, что ХХ век оставляет Прокофьева и Шостаковича. А Шнитке и Пендерецкому придется уступить, как в свое время уступил Сальери. Человечество опять вернется к Шостаковичу, потому что многие крупные композиторы оказались слабее его. Тоже самое будет и в будущем — 2—3 гения, которые займут место на Олимпе. А остальным придется потесниться.
       В.Ф.: Кто из выдающихся людей поразил вас больше всего?
       М.К.: Из живых меня поразил человек, которого вы не знаете. Это Борис Яковлевич Магалиф, сын посла Советского Союза в довоенной Венеции. Его отца расстреляли, мать замучили в камере, а его самого отправили в лагерь для детей врагов народа, и он провел там все детство. Вышел, пожил немного, и в 18 лет его поместили уже в подлинные концлагеря, в том числе в Бутырку. Он там выучил все основные европейские языки, после чего поступил в консерваторию. Он был моим учителем гармонии. Это был уникальный человек. Очень жаль, что в те времена не было видеокамер и не было возможности записать его мысли и идеи. Он мыслил такими афоризмами, такими категориями, такой поэзией, таким юмором! Это было все одновременно — и серьезно, и юмористично. Он мог самые высочайшие идеи подать на уровне юмора. Это был человек, который прошел все, ему испортили здоровье, но он остался остроумным, веселым, саркастичным. А из ныне живущих людей меня поразил Роберт Оумэн — последний лауреат Нобелевской премии по экономике. Общение с ним — это что-то невероятное. Блестящая современная культовая писательница Агнетта Плиель, с которой мы вместе много читали лекций в Драматическом институте. Анна Ахматова. Иосиф Бродский, Владимир Смагорджевский — вы его не знаете, он покончил жизнь самоубийством в 25 лет. Ольга Витович, дочь югославского иммигранта, феноменальный поэт. Я услышал ее стихи, был потрясен и даже влюблен. Это была первая моя большая любовь.
       В.Ф.: На Западе внимательнее, чем у нас относятся к классике, регулярно ходят в оперу. Но слушать и слышать — это разные вещи. Где гарантия, что в какой-то просвещенной стране не появится новый Гитлер?
       М.К.: Муж одной большой любительницы музыки мне говорил: «Миша, расскажи, что мне слушать в этой симфонии. Нинка сидит, потрясена, плачет. А я сижу в Карнеги-Холл и засыпаю, когда звучит симфония Малера». Искусство — это гигантская волна, гигантский нравственный кодекс. Если искусство воспринимается, как признак моды или дань эпохи, то это ерунда, искусство гибнет. Что такое культура в переводе с латыни? Культура — это возделывание, всего-навсего. Возделывание души, конечно. В области культуры тела леопард нам даст сто очков вперед. Культура быта? Стыдно перед муравьями. Что такое музыка? Берется семечко, высаживается в землю и из этого семечка получается целый урожай. Это и есть принцип симфонизма, принцип тайного мышления, принцип полифонических сочетаний звуков. Как много можно рассказать людям! Я пытаюсь это делать, и они слушают симфонию, как детектив!
       ВОПРОС ПО ТЕЛЕФОНУ: Как вписывается в вашу схему музыка, которая появилась сравнительно недавно, 30—40 лет назад? «Битлз», «Пинк Флойд», «Машина времени»?
       М.К.: Все вписывается. Вся нормальная музыка вписывается в разряд музыки. Музыки плохой не бывает. Дело в нас самих, в мере нашего потребления. В основе любого воспитания, образования лежит классическая музыка, музыка, выдержавшая столетия, испытания, ставшая единой, вечной. Если человек получил это заряд, познал любовь, познал подлинность, познал красоту, он может делать все, что хочет. И слушать все, что угодно, даже в виде шутки попсу.
       
       
       
       
       
       
       
       
       


     Дамы и господа!
     Нам интересно ваше мнение о газете, о материалах, которые она содержит, и о темах, которые в этих статьях подымаются!
     О том, что вам понравилось, с чем вы не согласны, какие темы волнуют вас - вы можете рассказать нам, написав электронное письмо по адресу
[email protected]

С уважением, редакция еженедельника "Пятница"





www.5nizza.kharkov.ua   общественно-иронический еженедельник
© 2003-2007 Газета "ПЯТНИЦА" Харьков Украина      Web programming by Korobkoff